Vive la mort! Vive la guerre!
Vive le sacré mercenaire!

Ильдар Валишин

Они не были защитниками отечества. У них и отечества-то уже почти не было. Они чувствовали себя комфортнее в саваннах и джунглях Африки, чем в тихих и стабильных европейских городах. Их осуждала Женевская конвенция и воспевали писатели и кинорежиссеры.
Наемники.


Давно уже ушли в прошлое те героические времена, когда пара десятков хорошо вооруженных мужчин могла, выбив из базуки ворота президентского дворца, стреляя во все, что движется, ворваться внутрь, чтобы наутро объявить, что власть переходит в руки очередного народно-освободительного фронта.
Африка… Шестидесятые. Маленькие только что получившие независимость бедные государства с границами, проведенными по линейке. Раздел власти еще не закончен, а вот передел ее уже начат. Перевороты в африканских странах случались в то время так часто, что европейские газеты писали не обо всех из них. И немудрено. Сменяющие друг друга лидеры были настолько похожи, что, как правило, перевороты не меняли в жизни страны практически ничего. Да и обходились они без большой войны. Конечно, бывшего вождя ставили к стенке (если он не был в отъезде), но в целом все проходило тогда довольно тихо и почти бескровно — в странах третьего мира еще не хватало достаточной организованности для массового геноцида, этнических чисток и прочих изобретений цивилизованной старушки Европы. Разумеется, Европа могла бы внести в этот хаос хотя бы видимость организации, но… проблемы деколонизированных стран ее с недавнего времени не касались. Вот и выходило так, что в той Африке любому решительному полковнику, капитану или даже сержанту мог представиться реальный шанс сесть (пускай и не весьма легитимным способом) в президентское кресло.
Африка. Освободившиеся страны тем не менее попадали в «сферы интересов» европейских государств и корпораций, которые тогда еще не были столь глобальными, но уже умели завоевывать свое место под солнцем. И многие, очень многие перевороты на этом материке были если не организованы, то оплачены с анонимных счетов в швейцарских банках. Более того, если нужно было, чтобы переворот удался с большой степенью вероятности, оружие брали в руки белые военные специалисты — наемники.
Африка. Еще со времен Редьярда Киплинга влекла она к себе авантюристов всех мастей, оставаясь последним на планете фронтиром. Сюда ехали искать нефть и алмазы, обживать новые территории, добывать слоновую кость. Но начиная с шестидесятых более востребованными здесь оказались совсем другие специалисты. Профессиональные солдаты. Обученные, дисциплинированные, хладнокровные, обстрелянные. Регулярные армии стран третьего мира ничего не могли противопоставить их стремительным атакам, разработанным и осуществленным по всем правилам военной науки.
Еще бы! Эрнесто Че Гевара, воевавший в Конго на стороне прогрессивного деятеля Кабилы против местного диктатора (в Африке в любого президента ткни пальцем — диктатор) Мобуты, писал в своем дневнике, что большинство местных солдат невозможно научить стрелять: они в лучшем случае закрывают глаза и жмут на курок до тех пор, пока не опустеет рожок автомата, а в бой идут, обвешавшись амулетами и выкрикивая заклинания, оберегающие их от пуль. Конечно, сейчас модно поливать команданте грязью, но все-таки Че был великим тактиком — продержаться более года с таким контингентом, да еще имея в нагрузку национального лидера, который мало того что сам не появляется на передовой, так еще и боится, что твое на ней присутствие подрывает его престиж, — одного везения тут явно недостаточно. Вероятно, конголезцы не продержались бы тогда и месяца, но с Че Геварой приехала сотня кубинских офицеров, обученных еще советскими специалистами.
Кстати, я давно уже задумывался над статусом этих кубинцев — можно ли их причислять к наемникам? По идее, нельзя: сражались они не за деньги, были относительно официально посланы другим государством (хотя Кастро и пытался сделать это секретно, но вся секретность рухнула после того, как на телах интернационалистов, погибших в одном из боев, противник обнаружил кубинские документы, что крайне слабо вяжется со знакомой всем фразой «Всем сдать документы и награды!»). Но дело даже не в них. Проблема в том, что сам Команданте не мог быть официально послан Фиделем. Хотя бы потому, что незадолго до отъезда в Конго он отказался от кубинского гражданства. Лихо выходит, не правда ли? Попади он в плен тогда — судили бы как наемника. Но тогда обошлось — не поймали. И воевал Че в Конго до тех пор, пока Мобута, которому надоели затянутые боевые действия, тоже не обратился за помощью к «соответствующим специалистам». Самым известным из них был полковник Майк Хор — командир им же и созданного 5-го отряда коммандос. Это была не первая и не последняя война в его карьере, но именно о ней он написал свою книгу «Наемник в Конго». Очевидно, что это была не самая простая для него работа. Чтобы не затягивать рассказ скажу, что наемники победили интернационалистов. И я даже затрудняюсь сказать, на чьей стороне в этой войне были мои симпатии.
Тогда в Конго столкнулись между собой две противоположности. Пламенный лидер и кумир всей Латинской Америки Че Гевара и наемный солдат Майк Хор по прозвищу Mad Mike. Первый красуется сейчас на футболках и плакатах, а второй работал консультантом на съемках фильма «Дикие гуси» и, что характерно, жив до сих пор.
Самого полковника Хора попросили убраться из Конго немногим позднее, чем покинул страну Гевара, — присутствие в государстве наемных войск не повышает престиж президента этой страны.
А Мобуту Кабила все же сверг! Через тридцать лет. И даже без помощи извне. Сам он, правда, тоже стал диктатором, но это для Африки нормально.
О наемниках стараются не упоминать. Именно поэтому, если начать искать примеры их операций, то в первую очередь мы найдем те, что закончились провалом. Вот тогда о наемниках (точнее, «наймитах») можно кричать на весь мир. Если же ты сам оплатил их услуги, то будет лучше, если к рассвету, выполнив свою задачу, они покинут страну. И вернутся домой, пообещав друг другу, что если кто-то из них получит интересное предложение, то даст знать остальным…
И знаете… Читая о тех временах, когда два дюжины «калашниковых» китайского производства могли изменить судьбу государства, я смотрю на нынешнюю Африку с ее старыми бедами — голодом, эпидемиями, а теперь еще и СПИДом — и вижу, что мир изменился. Что и теперь встречаются на Черном континенте наемные солдаты, летчики и прочие военные специалисты, в том числе и из республик бывшего СССР, но играют они лишь вспомогательную роль. Эпоха наемников кончилась вместе с эпохой лихих переворотов. В наши дни даже в Африке неудобных политиков не свергают, а покупают. Да и революции теперь модно делать в другом стиле — вложить несколько миллиардов в закупку оранжевых шарфов и ждать, когда на выборах победит тот, кто должен. Спрашивается только, зачем называть этот фарс революцией? Наверное, мир стал цивилизованнее. Или в нем стало слишком много денег и слишком мало авантюризма. Если так, то жаль.
Конечно, и в XXI веке непременно появится какой-нибудь Саймон Мэнн — «дикий гусь» уже XXI века — и попытается повторить подвиги старшего поколения наемников, высадившись с группой бойцов в Экваториальной Гвинее, но вот только мало того, что это будет исключением из правил, так ведь и попытка окажется безуспешной. А устроить переворот в Экваториальной Гвинее сам бог велел! Фредерик Форсайт даже роман написал об этом — «Псы войны». Именно оттуда взят заголовок этой статьи — популярный когда-то в Конго тост «За смерть, войну и за их брата — проклятого наемного солдата». Так что я в обиде на Мэнна — он не смог сделать сказку былью. И еще я не смотрю новости из Африки. Потому что они всегда одни и те же.


Впервые опубликовано: «Pride», № 1 (3) январь — февраль 2008